Крах статус-кво: конфликт Израиля и Турции и подтекст признания Геноцида армян
Израиль и Турция — две ближневосточные региональные державы, некогда бывшие близкими партнерами, — резко усилили взаимную критику. Турция была первой мусульманской страной, признавшей независимость Израиля, но отношения между двумя государствами никогда не были простыми. В последние годы, после прихода к власти правительства Эрдогана в 2002 году, отношения между Турцией и Израилем осложнились. Анкара и Тель‑Авив все чаще рассматривают действия друг друга как угрозу своим национальным интересам и безопасности. Однако противостояние между этими странами оставалось преимущественно на дипломатическом уровне и не перерастало в прямое военное столкновение.
В интервью REGIONSTV экс-депутат Кнессета, политолог Александр Цинкер проанализировал сложные геополитические отношения Израиля с Турцией, вероятность начала военного конфликта между этими странами и другие проблемы.
Ключевые причины противостояния Турции и Израиля
По словам Александра Цинкера, до прихода к власти Эрдогана, в 70–80-е годы, отношения между Израилем и Турцией были прочными и деловыми. Однако, после того как Эрдоган начал курс на исламизацию, светский облик страны, особенно в восточных регионах, включая Стамбул, стал постепенно меняться. Турция стремилась усилить свои позиции в качестве регионального лидера на Ближнем Востоке.
Политолог подчеркнул, что ключевой проблемой в двусторонних отношениях стал сектор Газа и движение ХАМАС. «После решения израильского премьер-министра Ариэля Шарона о выводе поселений и войск из Газы в 2005 году, предоставления арабам возможности жить в мире, ХАМАС, лишившись ограничений, активизировался. Организация расширила свою деятельность, начав обстрелы не только приграничных территорий, но и южных городов Израиля. Израиль, в свою очередь, предпринял ответные операции по нейтрализации боевиков ХАМАС-а», — отметил политолог.
Цинкер считает, что Турция, взяв на вооружение проблемы палестинцев и сектора Газа, позиционировала себя как лидер антиизраильской борьбы. «Ситуацию еще более обострил инцидент с «флотилией свободы», направлявшейся на прорыв израильских территориальных вод к сектору Газа, при участии турецких активистов. Это привело к взаимному отзыву послов и дальнейшему ухудшению отношений, которые переросли из межгосударственных в личный конфликт между премьер-министром Нетаньяху и президентом Эрдоганом. На сегодняшний день их отношения находятся на крайне низком уровне, порождая опасения о возможном военном столкновении между странами».
Александр Цинкер подчеркивает, что турецкий лидер обвинял США и Израиль в дестабилизации региона. Заявления Эрдогана («Мы войдем в Израиль, как вошли в Ливию и Карабах») и главы МИД Турции («Мы придем в Иерусалим») представляют собой прямые угрозы в адрес Израиля, на которые страна ответила. «Складывается такой треугольник: Нетаньяху, Эрдоган и Трамп, имеющий тесные связи с обоими лидерами. Возможно, вмешательство Трампа привело к некоторому смягчению турецкой риторики. Турция стремится получить заказ на американские истребители, в то время как Израиль, опасаясь нарушения баланса сил на Ближнем Востоке, активно пытается этому помешать,. Полагаю, чтобы успокоить Вашингтон, министр иностранных дел Фидан заявил об отсутствии причин для прямого конфликта между Израилем и Турцией», — отметил Цинкер.
Он добавил, что Турция использует риторику внешних угроз для отвлечения внимания от внутренних проблем. Эрдоган сталкивается с серьезными трудностями: плачевное состояние турецкой экономики и сильная оппозиция в преддверии выборов. «Эрдоган прибегает к своей проверенной тактике: поиск заговора или внешнего врага. Ранее это был якобы заговор генералов, теперь – против мэра Стамбула и других чиновников. В Турции происходят отстранения и аресты. Необходимость постоянно отвлекать турецкое население приводит к поиску внешнего врага, что и подпитывает текущее противостояние», — сказал Цинкер.
Он подчеркнул, что текущее поведение Турции, которое он охарактеризовал как пересекающее все «красные линии», нарушение статус-кво и прямые угрозы в адрес Израиля, освобождает последнего от каких-либо ранее взятых обязательств. «В связи с этим, правительство Израиля, единогласно приняв решение, признало Геноцид армян. Эксперт отметил, что статус-кво в отношениях между Израилем и Турцией был установлен в 70-80-х годах, и в конце 90-х, когда предпринимались попытки принять закон о признании Геноцида, чему , было отказано под предлогом не позволяющих этого существующих договоренностей», — сказал Цинкер.
Отметим, что интервью с господином Цинкером было уже готово к публикации, когда стало известно, что Израиль приостанавливает парламентское голосование по законопроекту о признании геноцида армян»
Политолог добавил, что признание Геноцида армян каким-либо государством всегда продиктовано либо внутренними, либо внешнеполитическими и внутриполитическими решениями. В качестве примера он привел страны с крупными армянскими диаспорами, которые, особенно в преддверии выборов, стремятся заручиться поддержкой этих общин, принимая соответствующие законодательные акты. Рассматривая пример России, Александр Цинкер указал, что решение о признании Геноцида армян было принято Москвой как ответная мера на поддержку Турцией Чечни во время войны. Он заключил, что все страны действуют, руководствуясь подобной прагматикой.
Экс-депутат Кнессета акцентировал внимание на сложной ситуации, сложившейся в Сирии, где Анкара и Тель-Авив имеют собственные зоны стратегических интересов. Он предупредил, что конфликт между этими региональными державами может привести к эскалации. Цинкер отметил, что «Турция сыграла роль в приходе к власти Ахмеда аш-Шараа и теперь стремится укрепить свое влияние в Сирии. В свою очередь, Израиль, стремясь минимизировать угрозы граничащим с Сирией северным израильским городам инициировал создание так называемой «буферной зоны. Более того, по просьбе проживающих на территории Сирии друзов и курдов, Армия обороны Израиля обеспечила безопасность этой зоны для собственных нужд». В связи с этим, Цинкер выразил мнение, что на сирийской территории вполне возможно столкновение — скорее позиционное, чем прямое — между вооруженными силами Израиля и Турции.
Интересы Израиля и Турции в Сирии
Израильский политолог раскрыл амбициозные намерения Анкары, стремящейся установить свой контроль над Сирией. Турция, оказывая прямую поддержку новому сирийскому правительству, стремится предотвратить внутренние распри, в то время как ее спецслужбы активно сотрудничают с сирийской разведкой в вопросах логистики, обмена информацией и подготовки кадров. Турецкие предприниматели с энтузиазмом включились в процесс восстановления сирийской экономики. Занимая позицию непримиримости по отношению к израильской оккупации сирийских земель, Турция видит в ней угрозу собственным интересам и намерена сдерживать Израиль на сирийской границе, что, по всей видимости, лишь ускорит создание турецких военных баз.
«Если приглядеться, то американцы сейчас играют весьма активную роль в Сирии, — отмечает экс-депутат. — Они поддерживают аш-Шараа, даже заявляя, что Сирия поможет в ливанском противостоянии «Хезболле». Это явное влияние Соединенных Штатов. Нельзя также сказать, что Россия полностью покинула Сирию — она пытается сохранить свое влияние. Наряду с ними, свои интересы преследуют Израиль и Турция. Весьма вероятно, что Турция будет стремиться к созданию там военных баз. Насколько эти планы осуществимы, покажет время».
Александр Цинкер подчеркнул, что в случае создания Турцией военных баз на сирийской территории, Израилю будет крайне сложно нанести по ним удар. «Прогнозировать военный удар — дело неблагодарное, поскольку Израиль прекрасно осведомлен о мощи Турции, — заявил политолог, продолжив свою мысль, — В свою очередь, Турция не менее осведомлена о возможностях Израиля. Именно это взаимное понимание, на мой взгляд, и является пределом, до которого может дойти их противостояние, поскольку ни одна из сторон не решится на эскалацию до уровня прямых военных действий».
Военное столкновения между Турцией и Израилем исключено
Оценивая военное соотношение сил между Израилем и Турцией, Александр Цинкер отметил, что он не является военным экспертом. «Мои знания основаны на публикациях в прессе: Турция значительно превосходит Израиль по численности населения, и, соответственно, ее армия в целом крупнее. Хотя, безусловно, израильская армия обладает превосходством в вооружении, в частности, самолетов, в то время как танков больше у Турции. Тем не менее, обе армии можно назвать одними из самых мощных на Ближнем Востоке».
Политолог также прокомментировал заявление президента США Трампа о том, что именно он предотвратил войну между Турцией и Израилем. «Нетаньяху наговорил резких вещей о Турции и Эрдогане. Эрдоган мог вступить в войну, потому что он не особенно любит Израиль и не особенно любит Биби. Но он этого не сделал благодаря мне», — заявил Трамп. «Если послушать, Трамп то говорит, что он открыл Вселенную, то создал практически все страны мира, потом он их всех помирил. Следовать за словами Трампа — не самое мудрое решение, ведь его мысли меняются в течение дня: с утра он говорит одно, днем пытается действовать иначе, а вечером уже не помнит сказанного. Ни Израиль, ни Турция не заинтересованы в развязывании войны. В случае же реальных боевых действий, согласно 5 пункту Устава НАТО, нападение на члена Альянса — Турцию — фактически будет рассматриваться как атака на всех членов НАТО. Израиль не намерен вступать в конфликт с НАТО. Более того, Тель-Авив поддерживает прочные связи с Альянсом и наряду с США является его ближайшим союзником. Несмотря на то, что Израиль не входит в НАТО, у него выстроены определенные отношения, включая проведение совместных учений и прочее. Поэтому я сомневаюсь, что Трамп доживет до момента, когда ему придется выбирать сторону в потенциальном военном конфликте между Израилем и Турцией», — подчеркнул политолог.
«Понимание военных возможностей друг друга, хоть и не устраняет полностью риски, снижает вероятность прямого конфликта. Обе страны осознают цену такого противостояния и, вероятно, предпочитают находить дипломатические или косвенные пути решения противоречий», — отметил Цинкер.
Забела Авакян
