Вред от рудников и хвостохранилищ и затянувшееся судебное разбирательство: каким будет следующий шаг пострадавших жителей?
Тяжелые металлы в садах и огородах вследствие горнодобывающей деятельности, иски в судах, ожидания компенсации и бесконечное ожидание: какой ущерб понесли и чего требуют жители сёл общины Алаверди Лорийской области?
Уже длительное время жители Мец Айрума и Чочкана бьют тревогу, заявляя, что подвергаются вредному воздействию рудника Ахталинского горно-обогатительного комбината (ГОК) и хвостохранилища, находятся под угрозой развития тяжелых заболеваний, пострадали и их сады и огороды.
Хвостохранилище комбината «Наатак» (площадь — 13,7 га) расположено между населёнными пунктами Мец Айрум и Чочкан. На территории хвостохранилища установлены предупреждающие знаки об опасности, ограждения и колючая проволока, однако домашний скот беспрепятственно пасётся на берегу «Наатака».


В 2021 году 70 жителей указанных сёл подали судебный иск против Ахталинского горно-обогатительного комбината. Житель Чочкана Самвел Сирадегян — один из истцов.

Самвел Сирадегян
Земельный участок, принадлежавший 66-летнему фермеру, полностью пришёл в негодность.
«Во время весеннего паводка загрязненная речная вода затопила мой земельный участок площадью 13 000 кв. м. У меня был персиковый сад — 600 деревьев, которые полностью засохли. Теперь некогда плодородный участок больше непригоден для использования, на нём ничего не растёт», — в беседе с Regions TV рассказывает Самвел Сирадегян. По его словам, в садах Чочкана постепенно засыхают персиковые и вишнёвые деревья.

Олег Дулгарян
Согласно информации, эколога и правозащитника Олега Дулгаряна, только в Лорийской области возбуждены два уголовных дела: одно в 2021 году, другое в 2025-м. Оба связаны с утечками из хвостохранилищ или с участков ведущих к ним трубопроводов,.
«Отходы попадают в реки, а оттуда через оросительную систему — на сельскохозяйственные территории, поля, загрязняя почву. В Армении отсутствуют механизмы оценки рисков для здоровья населения общин, испытывающих воздействие горнодобывающей промышленности, и, соответственно, никаких профилактических мер не принимается», — подчеркивает эколог.
По его словам, судебный процесс продолжается уже пять лет, однако ни суд, ни пострадавшие граждане не могут найти в Армении экспертную организацию, которая смогла бы рассчитать и оценить причиненный ущерб.
«То есть таких механизмов, таких институтов нет. Ты теряешь свою собственность, свою землю и сад, а механизма проведения экспертизы не существует. Получается, что житель общины, сельский житель остаётся один на один с неопределенными угрозами, без каких-либо средств защиты».
Самвел Сирадегян добавляет:
«Суд требует экспертное заключение, однако обязанность по проведению экспертизы возложили на пострадавшую сторону. То есть её должен проводить не собственник, причинивший ущерб, а пострадавшая сторона должна представить доказательства. А это требует значительных финансовых средств».
«Жители обратились в суд с требованием компенсации ущерба здоровью и экономического ущерба, однако составляющая, касающаяся вреда здоровью, изначально была исключена на том основании, что действующие системы и механизмы его оценки отсутствуют», — продолжает Олег Дулгарян.


В 2018–2021 годах чешская организация «Арника» совместно с армянскими партнерами провела исследование тяжёлых металлов и стойких органических загрязнителей на территориях горнодобывающих районов Туманяна и Степанавана.
Согласно исследованию организации «Арника», в почвах города Ахтала и прилегающих населенных пунктов, вблизи открытого рудника, отходов горнодобывающего производства и хвостохранилищ, обнаружены повышенные концентрации тяжелых металлов и полуметаллов: Cu (медь), Zn (цинк), Pb (свинец), Cr (хром) и As (мышьяк). На земельных участках села Чочкан, орошаемых водой реки Дебед, также зафиксировано превышение допустимых норм содержания тяжелых металлов.


Отмечается, что в пробах почвы обнаружено недопустимо высокое содержание мышьяка, при котором необходимо незамедлительно принимать серьёзные меры. Это обусловлено тем, что одним из возможных путей воздействия мышьяка, связанного с канцерогенными рисками, является употребление сельскохозяйственных культур, фруктов и овощей, выращенных на исследуемых почвах.

Инга Зарафян
Председатель информационной общественной организации «ЭкоЛур», кандидат биологических наук Инга Зарафян отмечает, что приток Дебеда — река Ахтала — уже давно не заслуживает того, чтобы называться рекой.
«В этом ручье, где когда-то плавала рыба, сегодня не осталось ни одного представителя животного мира. Он превратился в хвостопровод, по которому загрязненная масса попадает в Дебед, а оттуда — на прилегающие земельные участки».
В финансовом и трудовом отчёте Ахталинского ГОКа отмечается: «Компания несёт юридические и конструктивные обязательства по восстановлению загрязненных земель, пострадавших в результате использования хвостохранилища „Нахатак“ и территории рудника в целях эксплуатации месторождения и производства концентрата».
Олег Дулгарян выражает надежду, что эти судебные процессы, возможно, послужат поводом для того, чтобы в Армении задумались о более серьезных законодательных изменениях.



Подводя итог, Самвел Сирадегян , отмечает, что пока в судебном процессе нет никаких подвижек. Если же в Армении истцам не удастся добиться результата, они намерены обратиться в Европейский суд по правам человека.
Отметим, что в мае 2023 года правительство Армении утвердило стратегию развития горнодобывающей отрасли. План мероприятий по реализации стратегии рассчитан до 2035 года и предусматривает ежегодную отчетность о выполнении. Программа включает законодательные изменения, уточнение механизмов контроля и установление критериев оценки реализации предусмотренных мероприятий.
Между тем судебный процесс, продолжающийся уже пять лет, до сих пор не приблизил жителей к получению требуемой ими компенсации. Они потеряли плодоносящие сады, лишились возможности пользоваться своими земельными участками, а вопрос оценки рисков для здоровья по-прежнему остается нерешённым.
Пока жители ждут решения суда, а экологи — совершенствования законодательных и контрольных механизмов, вопросы восстановления загрязненных земель и компенсации причинённого ущерба остаются неопределенными. Между тем для сельского жителя этот участок земли, возможно, является единственным средством к существованию.




Эдуард Мхитарян
